фото tut.by

В Академии МВД иccледовали причины травли милиционеров

30 марта 2021
Thinktanks.by
Общество
фото tut.by

В общественном сознании сформировался устойчивый негативный ассоциативный ряд между бандитами, которые совершают противоправные деяния тайно, скрывая свою личность, и сотрудниками ОВД.

Об этом говорится в работе профессора Академии МВД Виталия Суканова «Буллинг сотрудников органов внутренних дел: формы проявления, причины и условия возникновения, направления профилактики». Статья была опубликована в журнале «Вестник Академии МВД», пишет TUT.BY.

Самый распространенный вид травли - кибербуллинг

В своей работе Виталий Стуканов указывает, что социальный булинг сотрудников милиции «выражается в умышленном, целенаправленном агрессивном преследовании и травле сотрудников в связи с выполнением ими своих профессиональных обязанностей. Основная цель — деморализовать сотрудников, склонить к невыполнению служебных обязанностей, увольнению».

Проявляться травля может по-разному. Например, словесно — в качестве примера исследователь приводит ситуацию, когда 11 августа 2020 года участковый милиционер, супруга которого была беременной, обнаружил на входной двери записку с угрозой. На следующий день похожая записка появилась и на двери подъезда. Автор статьи отмечает, что сотрудники также сталкивались с оскорблениями, клеветой в свой адрес.

Кибербуллинг — психологическое давление в интернете. Сейчас это самый распространенный вид травли сотрудников милиции, отмечает Виталий Стуканов. Пример — случай с обвинениями сотрудницы Академии МВД в том, что она причастна к избиению задержанных в одном из минских РУВД, хотя на самом деле она к этому отношения не имела. Позже в СМИ и телеграмм-каналах появилось опровержение.

В августе 2020 года, как указывается в статье преподавателя Академии МВД, в интернете были разглашены персональный данные не менее 174 сотрудников, большинство из них — представители милиции общественной безопасности. Это более чем в два раза выше, чем показатель за первые семь месяцев 2020 года. А в сентябре в открытом доступе оказались данные уже нескольких тысяч сотрудников.

Фото: TUT.BY

Фото: TUT.BY

На втором месте — угрозы применения физического насилия. В качестве примера исследователь приводит 13 умышленных наездов на силовиков в период с 9 по 13 августа, разбитую машину сотрудника в Минске (в салоне была записка с угрозой), поджог авто и недостроенного дома милиционера в Волковыске.

Психологическое дистанцирование тоже является признаком буллинга, когда граждане в общественных местах ведут себя подчеркнуто неприязненно к сотрудникам милиции. Пример — отказ обслужить милиционера в парикмахерской, на СТО.

«В большинстве случаев органы не смогли опровергнуть информацию о немотивированном насилии»

Виталий Стуканов выделяет два условия возникновения булинга в отношении милиционеров в 2020 году. Первое — карательный образ ведомства и его сотрудников, сформированный в общественном и профессиональном правосознании. В последние десятилетия, отмечает автор, наблюдается существенное снижение уровня доверия к милиции. Сформировался образ сотрудника не как защитника граждан, а как карающего представителя власти. Автор ссылается на свое предыдущее исследование, за 2019 год, согласно которому более 80% опрошенных сотрудников милиции из всех регионов идентифицируют свою деятельность с наказанием, карой. Это приводит к агрессивно-обвинительному уклону в работе с гражданами, в том числе не нарушающими закон.

Второе условие возникновения буллинга — снижение авторитета власти и рост социального недовольства. Стуканов отмечает, что в любом обществе органы правопорядка являются лицом власти, а недовольство властью в целом проецируется и на деятельность милиции.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

— В условиях роста социального недовольства 9−12 августа произошли столкновения протестующих с сотрудниками ОВД, которые применили слезоточивый газ, светошумовые гранаты, водометы и резиновые пули. Пострадали протестующие, а также сотрудники ОВД, — пишет преподаватель Академии. — Противодействие ОВД деструктивно настроенной части граждан, применение физической силы и специальных средств при задержании протестующих остались без серьезного информационного внимания. Пик социального недовольства действиями ОВД с выражением решимости бороться и нести жертвы вызвало лавинообразное распространение информации о беспричинном избиении, насилии и пытках протестующих после их задержания в РУВД Минска, ЦИП на Окрестина. В большинстве случаев ОВД и другие органы правопорядка не смогли аргументированно опровергнуть активно тиражируемую негативную информацию о немотивированном насилии со стороны милиции, а также обосновать необходимость применения жестоких мер к протестующим. Неубедительно звучали заявления о том, что «разберемся потом, когда все закончится», также осталось без информационного и общественного внимания решение власти создать комиссию по расследованию фактов неправомерного обращения с задержанными. Как следствие, события 9−12 августа 2020-го обусловили крайнее нагнетание социальной напряженности и углубление протестных настроений в обществе, что обусловило рождение массового буллинга сотрудников органов внутренних дел.

Задержали пять студентов — сотни заявили о готовности бороться

Стуканов обращает внимание, что после 12 августа протесты носили преимущественно мирный характер.

— В общественном сознании сформировался устойчивый стереотип о ненасильственном протесте: «мирных людях, которые убирают мусор после демонстрации», «витрины не бьют», «снимают обувь перед тем, как встать на скамейку», «дарят цветы силовикам». «Лицом» массовых акций социального недовольства выступили девушки и женщины, которые позиционировались как символ мира и новой жизни. На этом фоне силовые методы борьбы сотрудников ОВД и других органов правопорядка с протестующими (применения спецсредств, задержания в общественных местах, разбитые витрины, вытоптанные клумбы цветов и прочее) воспринимались крайне отрицательно, как неоправданные, необоснованные, неадекватные обстановке.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Развитию негативного восприятия органов внутренних дел способствовали точечные силовые акции в общественных местах, которые, как правило, имели отрицательный общественный резонанс, сплачивали протестно настроенных граждан, а также вовлекали в сферу социального недовольства родственников, друзей и коллег «пострадавших».

Преподаватель Академии МВД приводит примеры. Студенты иняза пели песни в фойе, пять человек задержали, итог — «открытые выступления с решимостью бороться и нести жертвы сотен других студентов, их родителей, а также преподавателей университета». 6 сентября тогдашний начальник ГУБОПиК разбил стекло двери кафе O’Petit — это «спровоцировало акцию сочувствия пострадавшему бизнесу, выразившемся в искусственно создаваемых очередях в данное кафе (по аналогии с ситуацией вокруг магазина symbal.by в июне 2020 года)».

Кроме того, формированию отрицательных стереотипов о милиции способствовала анонимность деятельности сотрудников, отмечает автор исследования. Речь идет о работе в гражданской одежде, закрытых лицах, передвижении на автомобилях без регистрационных знаков.

— В общественном сознании сформировался устойчивый негативный ассоциативный ряд между бандитами, которые совершают противоправные деяния тайно, скрывая свою личность, и сотрудниками ОВД, выполняющими служебные обязанности анонимно, — отмечается в статье. — Анонимность деятельности сотрудников провоцирует самих сотрудников на действия, выходящие за рамки правового поля и норм нравственности (проявление чрезмерной жестокости, неадекватное применение силы, грубость и оскорбления); на бессознательном уровне воспринимается сотрудниками как обоснование как неправильных, незаконных, не соответствующих нравственным нормам поступающих приказов, является фактором отчуждения, противопоставления гражданам. Подобная обезличенность деятельности сотрудников, сопровождаемая агрессивно-обвинительным стилем взаимодействия с гражданами, актуализирует в общественном сознании ощущение страха и недоверия к милиции и органам власти вообще, а также формирует ощущение постоянной угрозы, исходящей от силовиков.

В подтверждение своих слов автор ссылается на общественное мнение: если в 2018 году 73,6% опрошенных ощущали себя в состоянии безопасности (опрос Института социологии Академии наук), то 21 августа 2020 года 79% респондентов были не уверены в своей защищенности от преступных посягательств (опрос на сайте Следственного комитета).

Преподаватель Академии МВД обращает также внимание, что активное противодействие сотрудников «незарегистрированной символике» (как на акциях протеста, так и в быту) «сформировало в общественном сознании негативные представления о попрании прав и свобод личности, о невозможности заявлять свое мнение и общественно-политическую позицию».

Виталий Стуканов считает, что использование в качестве «контрпропаганды» государственного флага в общественных местах (на зданиях госучреждений, массовых мероприятиях, в общественном транспорте) было психологически обосновано. Однако вывешивание флагов на автозаках и на на фоне зданий, обнесенных колючей проволокой, сформировало в общественном сознании негативный стереотип о репрессивном аппарате, «власти, способной управлять только силой».

Почему милиционеры проявляют немотивированную агрессию?

Проблема неправомерного, избыточного и нерационального по своим последствиям агрессивного поведения сотрудников милиции возникла не в 2020 году. «Вестник Академии МВД» в 2015 году опубликовал на эту тему научную статью Александра Пастушени. Профессор выделяет две причины: внутреннюю и внешнюю.

К внутренним причинам относятся:

  • недостатки профессиональной подготовленности (сотрудник не знает или имеет неправильные представления о допустимости силовых действий, усвоил отрицательный опыт использования агрессивных форм обращения с гражданами);
  • искаженный профессиональный образ сотрудника (считает необходимым проявление жесткого стиля обращения с гражданами с демонстрацией соответствующих качеств);
  • психологическое выгорание (обусловлено высоким и постоянным нервным напряжением, преобладающим негативным воздействием на сотрудника, конфликтным характером деятельности, что формирует склонность к негативным эмоциональным реакциям и снижение самоконтроля);
  • личностная предрасположенность к агрессивному поведению (враждебность, раздражительность, злорадство, черствость, властолюбие, высокомерие, жестокость, получение удовлетворения от устрашения человека);
  • ситуационно-субъективные причины (порождают отрицательное эмоциональное состояние сотрудника в результате влияния неблагоприятных жизненных событий, обстоятельств в семейно-бытовой сфере, в служебной деятельности, взаимодействий с руководителями и коллегами).

К внешним причинам относятся:

  • неправомерное, аморальное, конфликтное поведение граждан, проявление ими пренебрежения к сотруднику (ирония, высокомерие, обращение на «ты», намеки на отмщение);
  • управленческое влияние (ориентируется на жесткое обращение с гражданами определенных категорий или в определенных ситуациях);
  • влияние других сотрудников или существующего в служебном коллективе мнения о необходимости агрессивных форм воздействия на определенных граждан;
  • скептическое отношение к гуманному обращению.
  • Специалист считает, что необходимо сформировать гуманистическую позицию у сотрудников ОВД, ориентировать их на корректное обращение с гражданами и рациональное применение принудительных мер.

— У сотрудника должно быть сформировано профессионально правильное отношение к гражданам, понимание целей взаимодействия с ними, а также конечного результата правоохранительной деятельности, — отмечает Пастушеня. — В качестве таких взглядов выступают следующие: преобладающее большинство граждан нашей страны — законопослушные труженики и заслуживают уважительного отношения со стороны сотрудников ОВД. Сохраняя профессиональную бдительность, не следует демонстрировать подозрительность и угрожающую власть, органы внутренних дел созданы народом для его защиты, оплачиваются трудом народа и призваны по закону служить народу, защищая права и законные интересы людей, а не властвовать над ними. Органы внутренних дел осуществляют контроль и используют меры государственного принуждения и наказания, но должны делать это ради добра, в том числе и для нарушающих закон с целью их положительного изменения, благополучной жизни, недопущения противоправных деяний. Лица, которые совершают противоправные действия, часто делают это умышленно, виновны в них, могут быть опасны для общества и требуют применения мер сдерживания, принуждения и изоляции. Однако они совершают такие действия в силу недостатков воспитания и негативного влияния социальной среды, в чем они не виноваты. Угрозами не всегда добьешься, чтобы человек пошел навстречу, когда это не в его интересах. Угрозы вызывают неприязнь и противодействие. Если же расположить человека по-доброму, то это может решить многие задачи. И если обстоятельства позволяют, такое расположение необходимо пытаться осуществлять. В органах внутренних дел есть сотрудники, эффективно контактирующие с гражданами, добиваясь их содействия и подчинения своим требованиям, вызывая при этом уважение к себе и признательность. Они умело общаются с людьми, в том числе c правонарушителями. Своим примером показывают, что можно действовать эффективно и с минимальной конфликтностью, а для этого следует совершенствовать свое профессиональное мастерство. Контактируя с гражданами, в том числе с правонарушителями, необходимо не только влиять на них в целях правомерного поведения, но и стремиться, чтобы эти граждане становились сторонниками органов внутренних дел. Если ставить себе такую цель, то действия будут более правильными, приносящими положительный результат.

Как можно изменить ситуацию?

По мнению Виталия Стуканова, милиции стоит изменить тактику на акциях протестов — перейти от силового противостояния к мирному взаимодействию («тактика ненасильственного управления социальными протестами»). На практике это значит разрешать проведение массовых мероприятий в установленных местах с обеспечением охраны общественного порядка, сотрудники милиции должны быть обозначены, вести себя корректно, демонстрировать готовность прийти на помощь. Действовать следует так, чтобы большинство граждан, информированных о действиях сотрудников милиции, не осуждали их, а наоборот, поддерживали, считали справедливыми и адекватными.

— Важно учитывать психологический феномен, выражающийся в склонности людей проявлять сочувствие к человеку, с которым обходятся излишне жестоко, даже если он виновен и заслуживает наказания, — отмечает Стуканов. — В этом случае социальное осуждение этих людей сменяется жалостью к ним (если они не совершили общепрезираемых действий), а поддержка органов правопорядка, которые продемонстрировали такую жесткость, сменяется их осуждением. Исключение публичных силовых акций будет способствовать благоприятной социальной оценке действий органов внутренних дел и опосредованно в оценке государственной власти.

Пресекать деструктивное поведение, отмечает автор исследования, следует своевременно, в соответствии с законом и только в отношении тех, кто действительно преступает закон, в том числе не выполняет законные требования милиционеров. При пресечении противоправных действий не допускать тяжелых последствий для здоровья или жизни кого-либо из участников этих акций — «такие последствия неизбежно вызывают негативный общественный резонанс и обострение общественного недовольства». Применение силовых мер должно быть в рамках закона, должны быть доказательства, это подтверждающие. Сотрудники милиции, задействованы в охране общественного порядка, должны действовать гласно (в форменном обмундировании, со знаками отличия и открытыми лицами), чтобы участники массового мероприятия, в том числе несанкционированного, четко понимали, что перед ними — правоохранители.

Для решения проблемы с массовой травлей силовиков нужно сформировать гуманистический образ ведомства и его сотрудников, это значит, уйти от карающего образа. Милиционер должен восприниматься как сотрудник, защищающий общественный порядок, жизнь и здоровье граждан (протестующих в том числе), отмечает Виталий Стуканов. Также необходимо повышать профессионализм личного состава, развивать коммуникативную компетентность правильного взаимодействия с гражданами, предупреждать психологическое выгорание и профессиональную деформацию личности (в первую очередь агрессивно-обвинительное отношение к другим людям).


Подписывайтесь на нашу рассылку Thinktanks.by, а также на страницы сайта Белорусских исследований в :
(Telegram https://t.me/thinktanksbyy),
(Instagram https://www.instagram.com/thinktanks.by/),
(Facebook https://www.facebook.com/thinktanks.by)

Поделиться: