Водораздел эпох — в обществе появились новые социальные группы

06 мая 2021
Thinktanks.by
Общество

Летучий университет презентовал исследование изменений структуры белорусского общества под воздействием инновационного и технологического развития.

Исследование «Новые группы и социальная структура. Белорусское общество под воздействием инновационного и технологического развития» задумывалось и реализовывалось до начала пандемии COVID-19 и августовских событий 2020 года, однако те сущностные изменения в образе жизни, коммуникации и социальной структуре, о которых в нём идет речь, выступили одним из факторов этих политических и общественных изменений.

По словам Андрея Егорова, главы Центра европейской трансформации, исследование следует воспринимать как один из этапов — последний по времени, но не окончательный — серии рассуждений в рамках Летучего университета и ЦЕТ, посвященных переменам в обществе под воздействием глобальной инновационной системы. «Концептуальное начало этой серии было положено текстом философа и методолога Владимира Мацкевича «Глобальное потепление после холодной войны», тезисы которого развивались в ряде исследований и семинаров», - сказал Андрей Егоров.

Как отметила на zoom-презентации автор исследования, социолог и методолог Татьяна Водолажская, «прошлое лето, да и весь год вообше вдруг затребовали в Беларуси социологическое воображение, летом оказалось, что мы плохо понимаем, откуда что взялось, кто эти люди и куда они движутся». «Мы увидели проблему социологическую — количество необъяснимых социологических явлений нарастает. Например, та невиданная солидарность во время пандемии и затем во время революционных событий никак не могут быть объяснены только сменой поколений, сменой социального контракта или еще какими-то представлениями о социальных группах. Вот этих адекватных категорий, с помощью которых можно приблизиться к пониманию, практически нет сейчас для белорусской ситуации. При этом белорусская ситуация сочетает в себе с одной стороны глобальные тенденции, с другой — свой локальный контекст. Наш локальный контекст — это отчасти инерция постсоветских изменений, когда десоветизация не состоялась, но какие-то изменения вроде бы все же происходят. Мы видим, что появляются какие-то новые социальные группы, им дают имена, в их отношении возникают какие-то стереотипы и так далее. Все это требует осмысления и некоей общественной рефлексии, чтобы перейти в план строения общественных отношений, иначе это остается за пределами нашего внимания, в том числе за пределами внимания социальных и политических акторов», - сказала Татьяна Водолажская.

По словам социолога, авторским коллективом, который работал над исследованием, двигало «полагание, которое состояло в том, что те изменения, которые мы наблюдаем, кроме всего прочего, задаются тем, что можно было бы назвать инновационным технологическим развитием». «Понятно, что это не жесткая категория. В данном случае для нас были важны три компонента, которые есть в этом инновационно-технологическом развитии. Это развитие и распространение технологий и коммуникаций и передача информации, что влияет на коммуникацию, на сообщение, на знание, на то, во что может быть включен человек. Это существенные изменения в организации и содержании труда и производства. Это изменения в экономике, которые двигают и меняют то, как человек соотносится со своей работой — а значит, это очень сильно меняет образ жизни, значит, это меняет социальные отношения», - сказала Татьяна Водолажская.

Как делалось исследование

На первом этапе проведены 12 глубинных интервью с людьми, которые либо представляли выделенные в ходе предварительного (теоретического) анализа группы, либо имели профессиональное отношение к тем факторам и основаниям, которые воздействуют на социальную структуру. Среди них были бизнесмены, развивающие инновационные бизнес и площадки для коммуникации, эйчары (HR), люди, работающие в международных проектах (в том числе экспаты), люди со сложной карьерной траекторией и множественными идентичностями, люди, работающие с сообществами и проблемами неравенства. Целью глубинных интервью было: выявление признаков и характеристик групп, появляющихся в ходе инновационного развития; определение преимуществ и проблем данных групп; определение степени их зрелости, как на уровне самопонимания и идентичности, так и на уровне формирования их образа среди других групп. Второй этап эмпирического исследования включал в себя проведение 6 фокус-групп. Фокус-группы собирались в соответствии с выявленными характеристиками становящейся социальной реальности, в частности: расширение нестандартной занятости как фактора изменения образа жизни и выстраивания социальных отношений; предпринимательство как установка, сопутствующая развитию инновационных процессов; рефлексия барьеров и препятствий для включения в инновационную экономику; новый тип сообществ и структурирования социальной идентичности; определенный круг компетенций для будущего.

Вовлеченность в инновационное производство и потребление

Даже для тех людей, кто находится в эпицентре инноваций, сложно познается собственное социальное место, то есть включенность и причастность к процессам производства и потребления инноваций сегодня не имеет чего-то самопринятого, какого-то имени, описания, респонденты используют самые разные категории, скорее, используют категории индивидуальной истории, чем некоей группы или класса людей. В самоописаниях чаще используется «не представления о социальной группе, но явные типы поведения, личностные качества, которые выделяют этих людей, например, стремление к новизне, авантюрность и так далее». «Эти же люди говорят, что подобных себе опознают не по социальному имени, а по присутствию в каких-то коммуникативных ситуациях, пространствах и по модели поведения», - отмечает автор исследования. По словам Татьяны Водолажской, на вовлеченность в инновационные процессы влияют следующие факторы: личностно-культурный (готовность к восприятию новизны, к смене всего — места, профессии); компетенции для включенности в инновационный процесс (функциональная грамотность, коммуникативная грамотность); компетенции саморазвития (самоорганизация, способность учиться).

Доступность инновационной сферы ограничивается материальными ресурсами, а также психологическими, ментальными и интеллектуальными барьерами. «Крайне важной становится среда профессионального общения и социального окружения. Казалось бы, сейчас из-за развития коммуникаций и технических средств даже в маленьком городке любой может стать, например, частью международной корпорации. Но, как оказалось, если ты такой один в небольшом населенном пункте — ты все же будешь изолирован, не сможешь делиться повседневностью. Так что лозунг о доступности справедлив лишь отчасти», - отметила социолог.

Новые трудовые отношения

Трудовые отношения почти всегда определяли социальное положение человека, но это тоже уходит в прошлое. Помимо удаленности производства, происходит переход в проектность, которая уже характерна и для больших производств. Проектность — всегда конечная вещь и результативность, проекты довольно часто фрагментирует общий процесс, коллектив строится совсем по-другому. Здесь же — и кратковременность отношений в команде. Немаловажен и вопрос гарантий, прежний наработанный инструментарий защиты работника перестает работать в полную силу в новых условиях. Работа на удалении, которая стала очень быстро развиваться во время пандемии, плотно пересекается с проектностью, но имеет и свои эффекты. Она дает много возможностей для доступа к новым профессиям, например, домохозяйки, люди из уязвимых групп уже могут включиться в ранее недостижимые длоя них трудовые отношения, но при удаленной работе весь груз самоорганизации времени и рабочего места ложится на работника — это очень удобно для работодателя, но это и обременяющее обстоятельство для работника, которое не каждый может разрешить в силу разных причин, в том числе и из-за недостатка материальных ресурсов. Креативность или творческий элемент в производстве становится уделом уже не только творческих профессий, сегодня всякая работа требует креативности.

Респонденты отмечали, что ощущение инновационности в белорусской ситуации очень сопряжено с предпринимательством как образом жизни. Это не всегда сочетается с формой «индивидуальный предприниматель», тут речь о духе свободы и самовыражения.

Прекарность труда, то есть нестабильность и негарантированность как самой занятости, так и условий и договоров с работодателем, становится все более и более очевидной. Но примечательно, что прекарность новых форм занятости не осознается как серьезная проблема.

Учитывая важность пока малоизученной темы формирования новой социальной структуры беларусского общества Thinktanks.by продолжит публикации, посвященные этому масштабному исследованию Летучего университета.


Подписывайтесь на нашу рассылку Thinktanks.by, а также на страницы сайта Белорусских исследований в :
(Telegram https://t.me/thinktanksbyy),
(Instagram https://www.instagram.com/thinktanks.by/),
(Facebook https://www.facebook.com/thinktanks.by)

Поделиться: