Сергей Богдан: Минск пошел на сближение с Москвой в условиях минимальных уступок

23 ноября 2021
Политика

После ухудшения отношений с Западом и введения против белорусских властей санкций Минск пошел на сближение с Москвой в условиях минимальных уступок со стороны Кремля.

Инцидент с самолетом компании Ryanair в мае 2021 года стал новой точкой отсчета для международных отношений Беларуси. Резкая эскалация напряженности между Минском и западными столицами и, в частности, введение последними беспрецедентных санкций начали изменять структурные основы белорусской внешней политики и безопасности в регионе Восточной Европы.

Как отмечает в своей аналитической записке «Отношения Беларуси и России в 2021 году» научный сотрудник Института истории им. Фридриха Майнеке Свободного университета Берлина, член Экспертного совета «Минского диалога» Сергей Богдан, после ухудшения отношений с Западом и введения санкций Минск пошел на сближение с Москвой в условиях минимальных уступок со стороны Кремля, пишет газета «Белорусы и рынок».

Россия с мая оказывала Беларуси ограниченную поддержку, используя при этом ситуацию для увеличения своего влияния в стране – посредством перенаправления транспортных потоков через свою территорию, подписания союзных программ и сближения в военной области.  Заметно активизировали сотрудничество силовые ведомства. Согласно официальному заявлению, «СВР России и КГБ Беларуси в духе традиционно братских отношений договорились о ведении совместной работы по противодействию деструктивной деятельности Запада, нацеленной на дестабилизацию политической и социально-экономической ситуации на пространстве Союзного государства».

Минск смог до некоторой степени опереться на Москву в вопросе преодоления последствий санкций. Правда, это вело к нарастанию односторонней зависимости от России.

Интеграция

9 сентября президенты Беларуси и России в Москве одобрили 28 союзных программ интеграции. Лукашенко назвал их «прорывом», суммировав их суть как «равные права для субъектов хозяйствования наших стран». 10 сентября в Минске на заседании Совета министров СГ белорусский и российский премьеры подписали 28 союзных программ и «Основные направления реализации положений Договора о создании Союзного государства на 2021–2023 гг.»

Первый заместитель премьер-министра Беларуси Николай Снопков подчеркнул, что реализация союзных программ подразумевает «унификацию законодательства двух стран не на основе российской [...], а на основе лучших практик, в том числе и тех, которые на данный момент еще не применяются ни в России, ни в Беларуси». Но на практике белорусскому правительству приходилось соглашаться на российские стандарты во все новых областях, что зачастую означает сокращение роли государства и изменяет основы белорусской государственной модели.

Финансы и промышленная кооперация

По словам замминистра промышленности Дмитрия Харитончика, угроза западных санкций подталкивает белорусскую промышленность к нарастающей кооперации с российскими предприятиями. Он упомянул строительство завода «Амкодор» в Петрозаводске, производств МТЗ в Татарстане, сотрудничество на «Брянсксельмаше». Более того, «и остальные предприятия точно также рассматривают возможность повышения на своих уже имеющихся сборочных производствах степени локализации, привлечения большего количества партнеров из России – поставщиков комплектующих». Речь все чаще стала идти не только о расширении поставок в Россию белорусской техники, но и об организации там ее сборки и полного производства. Примером является подписание 6 июня соглашения между Фондом развития промышленности РФ и «АМКОДОР-Онего» о предоставлении льготного займа на реализацию проекта по созданию завода полного цикла по производству лесозаготовительной техники, с полной локализацией к 2028 году производства машин лесопромышленного комплекса в России. 2 августа «АМКОДОР» объявил о намерении выпускать сельхозтехнику в Ленинградской области. Этот завод станет третьим предприятием холдинга в РФ. Аналогично действует, например, «Гомсельмаш». Он в настоящее время развивает не только собственную производственную площадку в Гомеле, но и завод в Брянске. В прошлом году четверть из проданных на российском рынке 1200 единиц техники «Гомсельмаш» была произведена именно в Брянске.

Читайте нас в Telegram. Подписывайтесь на канал газеты "Белорусы и рынок"

Западные санкции ведут к стремительному нарастанию зависимости белорусской промышленности от российских поставщиков и на уровне отдельных изделий, а также сказываются на их конкурентоспособности. В конце сентября министр промышленности Петр Пархомчик признал, что в результате санкций «БелАЗ» пришлось перейти с американских на российские газовые двигатели, другие компоненты западного производства также заменяются деталями незападного происхождения, хотя министр не скрывал, что по качеству это – неравноценная замена. Оценить процессы роста российской доли невозможно, поскольку с этого года Белстат не публикует соответствующей официальной статистики.

Торговля

Товарооборот Беларуси и России вырос в первом полугодии на 37% и составил 17,5 млрд долларов (в 2020 году он сократился на 17%). При этом импорт из России – 10,3 млрд долларов (рост 48%), белорусский экспорт – 7,2 млрд долларов (рост 24%).

Серьезной проблемой в экономическом взаимодействии с Россией оставались нетарифные ограничения. С ними сталкивались не только белорусские производители продовольственной и сельскохозяйственной продукции, но и другие отрасли. В июне председатель ГВПК Дмитрий Пантус заявил, что Беларусь ежегодно поставляет в Россию военную продукцию на 250-300 млн долларов, но «наши предприятия на не совсем равных условиях участвуют в гособоронзаказе России». Впрочем, выбора у белорусских производителей остается все меньше. Заявлено также о координации с РФ работы на рынках третьих стран.

Есть основания допускать политическую природу таких ограничений, хотя их введение обосновывалось нарушениями. Снимались ограничения в процессе переговоров по конкретным случаям – практически в «ручном режиме».

Транзит

Среди процессов, которые могут иметь самые далеко идущие последствия для белорусской государственности и отношений в регионе, была переориентация потоков белорусского экспорта и импорта.  Еще 2 мая Роман Головченко заявил, что Беларусь обсуждает с Россией возможность экспорта леса и товаров машиностроения через российские порты «по аналогии с нефтепродуктами». В частности, прорабатывается вопрос строительства собственного терминала в российских портах, чему российская сторона, по его словам, не противится. Также Головченко сообщил, что Минск изучает возможности выстраиваемого Северного морского пути для развития связей с Азиатско-Тихоокеанским регионом.

Уже 13 августа Головченко сообщил, что Минск прорабатывает альтернативные варианты экспорта через порты Мурманска и Ленинградской области, и к декабрю перевалка удобрений может полностью идти через российские порты. 8 сентября премьер-министр также заявил на встрече с руководителем РЖД Романом Белозеровым о необходимости нарастить пропускную способность дороги в направлении российских портов Усть-Луга, Санкт-Петербург и Выборг. По признанию руководителя белорусского правительства, сейчас большинство грузоперевозок БелЖД связаны с российской территорией.

В интервью 10 сентября Головченко признал, что, хотя работа по организации транспортировки белорусского экспорта через российские порты идет, решить эти вопросы – особенно по калийным удобрениям – сложнее, чем в случае перенаправления экспорта нефтепродуктов, из-за значительного объема. Возможно, Минск тем самым пытается повременить с дальнейшим уходом из балтийских и украинских портов, надеясь на изменение ситуации в соответствующих странах. Кроме того, на октябрьском совещании о противодействии санкциям Лукашенко многозначительно потребовал «открытия новых маршрутов, не забывая и о старых».

Рамочные позиции сторон в двусторонних переговорах

Сергей Богдан отмечает: чтобы обосновать необходимость поддержки Беларуси Москвой, белорусское руководство неустанно подчеркивало связь между давлением на Беларусь и на Россию. Например, министр иностранных дел Владимир Макей, говоря о политическом кризисе вокруг Беларуси, отмечал, что основной целью конфронтации была Россия. Белорусское руководство делало упор на чрезвычайности ситуации, проводя параллели с историческими катастрофами, с которыми сталкивались оба народа.

Белорусское руководство делало акцент на особом положении Беларуси как своеобразного frontline state (зеркально отражая традиционную политику Польши и Литвы в ЕС/НАТО). Объясняя, например, 28 октября кризис на границе генпрокурору РФ Краснову, Лукашенко заявил, что польские власти используют приток беженцев как предлог и «ищут любой повод, чтобы продвинуть свои войска ближе к нашим границам. Читай – границам Союзного государства [...] Мы еще подождем некоторое время, предупредим их. А потом у нас есть, что продвинуть ближе к границам. У нас, а тем более у Российской Федерации». По меньшей мере среди части российского истеблишмента эта аргументация работает.

Ситуация кризиса в отношениях Беларуси с Западом, введение санкций и авиаблокады Беларуси со стороны ряда стран объективно способствовали реализации целей Кремля в подталкивании Минска к фундаментальным уступкам: по военным вопросам, включая проведение гигантских учений «Запад», дорожным картам, транзиту. Кремль стал оказывать более стабильную поддержку Минску в вопросах противостояния с Западом по мере возрастания российского влияния и присутствия. Однако даже в ситуации кризисов, связанных с авиаблокадой и беженцами, Кремль готов значительно увеличить объем поддержки в основном в тех областях, в которых это ведет к нарастанию односторонней зависимости Беларуси от России и/или извлечению выгоды конкретными бизнес-кругами или отраслями российской экономики. Ярким примером является обеспечение доступа в российские порты. В других областях, где помощь Беларуси не приносит такого рода выгоды, она практически не возросла (например, вопросы кредитования, газового транзита, доступа на российские рынки).

Прогноз развития отношений до конца 2021 года

• Если отношения с соседними странами и Западом не улучшатся, сближение Беларуси и России продолжится. Для многих сфер рост российского присутствия станет необратимым уже в ближайшие месяцы. Например, для армии после дальнейших закупок российского оружия и возможного развития созданных российских объектов ВВС и ПВО.

• Минск может замедлять процессы роста влияния Москвы, но в существующих условиях не сможет их остановить. Потому вполне следует, например, ожидать затягивания окончательного оформления и имплементации некоторых союзных программ, но их реализация практически неизбежна.

• Основную ставку белорусское руководство, вероятно, будет пока делать на диверсификацию связей внутри РФ. Это означает работу с различными политическими силами (особенно делая акцент на своей роли «защитника России»), различными потенциально конкурирующими экономическими субъектами, отраслями и регионами России.


Подписывайтесь на нашу рассылку Thinktanks.by, а также на страницы сайта Белорусских исследований в :
(Telegram https://t.me/thinktanksbyy),
(Instagram https://www.instagram.com/thinktanks.by/),
(Facebook https://www.facebook.com/thinktanks.by)

Поделиться: