Юлия Никитина: Нет четких определений, где все еще мир, а где уже война

10 декабря 2021
Виктор Беляев, Thinktanks.by
Политика

Отсутствие инструментов сдерживания гибридной войны порождает проблемы с противодействием эскалации подобных угроз.

Об этом, в частности, шла речь в ходе виртуального круглого стола, посвященного безопасности Восточной Европы в 2021 году. Мероприятие было организовано Советом по международным отношениям «Минский диалог».

В ходе дискуссии свои мнением по поводу роста напряженности в регионе Восточной Европы поделилась ассоциированный профессор МГИМО Юлия Никитина:

- В начале ноября Стокгольмский институт проблем мира SIPRI проводил свой ежегодный форум и там была сессия по серым зонам между войной и миром. Если мы берем континуум, в нем идут соревнование, кризис, конфликт, война. То есть серая зона, в которой непонятно, где закончился мир, а где уже война.

Более того, у нас разные методы реагирования на разные этапы. Политические, экономические, дипломатические, военные средства в конце концов. На мой взгляд, получается, что одна из сторон предпринимает какое-то действие, допустим, в политической сфере в логике соревнований. А другая страна реагирует, переходя уже на более высокую ступеньку в логике кризиса и реагирует уже экономическими санкциями. Потом еще выше переходим, на уровень конфликта и, допустим, милитаризации. Получается гораздо более сложная схема эскалации, чем она была в период холодной войны. Именно из-за того, что нет четких определений, где все еще мир, а где уже война.

На мой взгляд, решение может заключаться в том, что международное сообщество должно четко определить, как с обычными, ядерными вооружениями, где находится порог перехода из одной сферы в другую.

Недаром в последние годы широко обсуждается термин «гибридная война». Это примерно про то же самое. Про то, что непонятно, где мы конфликтуем, где нет.

И если в случае обычных вооружений и в случае ядерных вооружений у нас есть концепции сдерживания, то в современной реальности их нет. И непонятно, что может быть сдерживанием в ситуации некоего гибридного конфликта.

Именно разработка механизма сдерживания, на мой взгляд, тоже нуждается в обсуждении. На нужен какой-то разговор, сначала на экспертном уровне, а затем на уровне государств Россия-НАТО, для того, чтобы понять, как с этим работать. Россия это предлагает. И Путин, и Лавров недавно говорили, что нужны какие-то гарантии. Мне кажется, что мы, как эксперты, иногда слишком сильно секьюритизируем ситуацию. И я не знаю, оказывает ли это положительное влияние на течение кризиса. Потому что политики читают СМИ, СМИ слушают экспертов и иногда кажется, что кризис гораздо серьезнее, чем есть и мог бы быть решен стандартными дипломатическими или политическими средствами.

То есть разговоры о расширении НАТО нанесли достаточно серьезный урон безопасности, как и само расширение НАТО. То есть разговоры тоже могут влиять. И в этом смысле нужно говорить про угрозы безопасности, потому что любой инцидент, к сожалению, может привести к развязыванию военного конфликта. Но тем не менее, я бы компенсировала описание угроз некими позитивными предложениями по поводу того, как ситуацию можно исправить просто для того, чтобы не слишком сильно нагнетать обстановку.


Подписывайтесь на нашу рассылку Thinktanks.by, а также на страницы сайта Белорусских исследований в :
(Telegram https://t.me/thinktanksbyy),
(Instagram https://www.instagram.com/thinktanks.by/),
(Facebook https://www.facebook.com/thinktanks.by)

Поделиться: