Евгений Прейгерман: Фактор Беларуси существенно усиливает региональную эскалацию

13 декабря 2021
Юрий Камнев, Thinktanks.by
Политика

В центре Европы не может быть затяжного внутриполитического конфликта, затягивание конфликта в Беларуси делает его геополитическим.

На минувшей неделе Совет по международным отношениям «Минский диалог» презентовал доклад «Безопасность Восточной Европы в 2021 году: балканизация региона». Разъяснить основные месседжи доклада Thinktanks.by попросил учредителя и директора Совета по международным отношениям «Минский диалог» Евгения Прейгермана.

- В докладе сделан вывод, что регион находится даже не в предвоенной ситуации, а уже в ситуации военного конфликта. Следовательно, и Беларусь находится в состоянии военного конфликта?

- Не совсем так.

«Минский барометр» в 2017-2018 году разработал методологию подсчета процессов и событий в области региональной безопасности, чтобы свести картину к единому показателю; каждые два месяца мы выводим индекс региональной безопасности. Мы смотрим на процессы и события, присваиваем им цифровое значение и получаем итоговую цифру.

Полученные по нашей методологии цифры свидетельствуют о том, что сегодня регион находится в состоянии войны. Речь идет не только о Беларуси, но обо всем регионе Восточной Европы, а это, как минимум, сама Беларусь, Россия, Украина, Польша и страны Балтии.

- Какую роль в военном конфликте отыгрывает сегодня Беларусь? Как эта роль изменилась за последний год?

- Роль Беларуси в военном конфликте изменилась существенно. Изменение позиции по продвижению ситуационного нейтралитета, который предыдущие пять лет сдерживал дальнейшую эскалацию напряженности в регионе, кардинально изменило обстановку. Теперь, когда Беларусь продекларировала отход от ситуационного нейтралитета, когда сама занимается милитаризацией, особенно с учетом миграционного кризиса, фактор Беларуси существенно усиливает региональную эскалацию. То есть, вместо плюса для стабильности в регионе Беларусь играет в минус.

- Значит, сейчас мы наблюдаем отказ Беларуси от ситуационного нейтралитета?

- Во всяком случае, об этом свидетельствуют заявления о необходимости убрать из Конституции стремление к нейтралитету. А потом, вне зависимости от того, нравится кому или не нравится власть в Беларуси, то если внешними усилиями она подталкивается в определенном направлении, то рано или поздно она окажется именно там.

- Эксперты упоминают белорусский кризис в одной логической цепочке с крымским и донбасским конфликтом. Значит, Беларусь сама превратилась в очаг напряжения в регионе?

- К сожалению, именно так. Причем Беларусь не просто дополнительная точка напряжения, она дополняет логику других точек напряжения в регионе. Когда мы говорим, что Беларусь с помощью ситуационного нейтралитета играла стабилизирующую роль, то мы имеем в виду Крым, Донбасс. Нейтральная позиция Беларуси немного размывала, снижала общий градус напряженности и не давала распространяться логике противостояния на весь регион: в Беларуси действовали подчеркнутые меры транспарентности, активно работали двусторонние соглашения со странами-соседями в области доверия и безопасности. А теперь, когда это исчезло, образовался общий пояс нестабильности в регионе.

- По каким причинам Беларусь сама активно милитаризуется? Вряд ли все стоит списывать на внешний фактор.

- Совершенно очевидно, что после возникновения политического кризиса белорусские власти, за неимением других возможностей, стали на путь милитаризации. Первый шаг к милитаризации носил внутриполитический характер, но впоследствии он стал геополитизироваться. К сожалению, это то, чего не понимают представители обеих сторон в белорусском противостоянии: если в стране возникает внутриполитический конфликт, который никак нельзя объяснить внешними причинами, и он не разрешается достаточно быстро, то неизбежно геополитизируется. Поэтому все разговоры о том, что протест не имеет геополитического измерения, исходят от людей, которые не понимают механики: в центре Европы не может быть затяжного внутриполитического конфликта, затягивание конфликта в Беларуси делает его геополитическим.

- Любой конфликт, тем более региональный, раньше или позже должен получить какое-то разрешение. Свидетельствует ли нынешнее положение вещей о том, что перерастание конфликта в горячую фазу становится неизбежным?

- К сожалению, более мощный толчок, который может иметь и военное воплощение в виде активной фазы столкновения, очень вероятен.

После холодной войны мы оказались в ситуации, когда и общество, и политические лидеры стран региона и мировых лидеров (США, например) забыли, что такое настоящая опасность войны. Вроде бы все рассуждают о рисках милитаризации, но по-настоящему никто не верит, что может вспыхнуть по-серьезному. После обострения на Донбассе прошло некоторое время, кажется, люди этого не чувствуют. К сожалению, пока по-настоящему не почувствуют, пока реально не испугаются войны, маловероятно, что начнется серьезная дискуссия с эффективными результатами о снижении ее рисков. Мы все соглашаемся, что вероятность военной вспышки очень и очень велика.

- И не исключено, что эпицентром горячей вспышки может стать Беларусь?

- К сожалению, да. Все стороны миграционного кризиса, в том числе и Беларусь, и страны НАТО, декларируют, что понимают риски и хотят избежать резкой военной эскалации. Но не надо большого ума, чтобы представить, что может произойти от брошенной спички на той же границе.

Мало того, что миграционный кризис – очень благоприятная среда для брошенной спички, самое опасное в этой ситуации то, что перестали работать меры взаимного доверия и безопасности, которые сыграли колоссальную роль в предыдущие пять лет.


Подписывайтесь на нашу рассылку Thinktanks.by, а также на страницы сайта Белорусских исследований в :
(Telegram https://t.me/thinktanksbyy),
(Instagram https://www.instagram.com/thinktanks.by/),
(Facebook https://www.facebook.com/thinktanks.by)

Поделиться: