Насколько белорусский продовольственный рынок зависит от импорта

07 апреля 2022
Thinktanks.by
Экономика

Не менее 28% потребляемого в Беларуси продовольствия критически или сильно зависит от импортных поставок.

 Исследовательская компания InComeIn проанализировала, какие товарные группы наиболее зависимы от импорта и насколько могут вырасти цены на эти товары с учетом санкционного давления и валютных рисков.

По оценкам InComeIn, более половины среднестатистической продуктовой корзины беларусского потребителя приходится на группы товаров, производство которых не зависит либо только опосредованно зависит от импортных поставок, сообщает belretail.by.

Не менее 28% потребляемого продовольствия критически или сильно зависит от импортных поставок. Эта доля может быть еще выше, поскольку в статистику потребления домохозяйств не входят чай и кофе, соки и напитки.

Рисовая крупа в Беларусь поставляется в основном из России (реимпортом) и напрямую из Индии и Пакистана. Эти страны не оказывают санкционного давления на Беларусь. Проведение валютных расчетов с ними может быть осложнено из-за настороженности банков-корреспондентов в отношении беларусских контрагентов, однако в отношении продовольствия такой сценарий наименее вероятен.

Крупные импортеры круп пока не видят сложностей на этом направлении: контрагенты не останавливают сотрудничество, нет проблем с осуществлением платежей. Не требуется менять и логистику: например, из Индии рис идет морем до российских портов, а уже оттуда поставляется в Беларусь.

Так, в одной из компаний-импортеров сообщили, что не заметили никаких изменений ни в условиях, ни в тарифах импорта из Индии и Пакистана. В то же время есть проволочки с поставками из России – партнеры не могут быстро сформировать стоимость.

89% импорта гречихи (в стоимостном объеме) в 2021 году осуществлялось из России и еще 8% обеспечивала Украина. В этой группе положение дел осложняется тем, что Россия до конца августа ввела запрет на экспорт зерновых в страны ЕАЭС, а поставки из Украины невозможны из-за военных действий. Это ставит под угрозу 60% внутреннего рынка гречневой крупы, создавая предпосылки для роста цен даже при их жестком административном регулировании.

Однако особенность продовольственного рынка в том, что, как правило, формируется запас зерновых и круп. На начало 2022 года в торговых организациях был создан запас гречневой крупы в размере более 1 тыс. тонн, что соответствует примерно 73% от среднемесячного объема розничных продаж.

Оценить запасы на складах производителей, импортеров и государства достаточно сложно. Два года назад, в марте 2020 года, когда спрос на крупы тоже был ажиотажным из-за старта эпидемии коронавируса, Минсельхоз сообщал о наличии крупы и сырья для ее производства на пять месяцев вперед. Урожаи 2019 и 2021 года сравнимы. Поэтому можно предполагать, что и сейчас производство будет обеспечено гречихой старого урожая минимум на несколько месяцев. Это должно отсрочить острые проблемы насыщения рынка доступной крупой.

Фруктовый и овощной рынок, напротив, уже ощутил значительное ухудшение ситуации. Помимо валютного шока и осложненного доступа к заемным оборотным средствам, с которыми столкнулись все импортеры, поставщики фруктов испытывают ряд дополнительных негативных последствий.

Во-первых, это полная остановка поставок из Украины. Из этой страны активно ввозились картофель (43% от общего объема импорта в натуральном выражении в 2021 году), белокочанная капуста (31%), морковь и свекла (56%), яблоки (6%).

Во-вторых, это осложненная логистика из причерноморских (в том числе Турции) и других стран, откуда продукция поставлялась через Украину.

Это может потребовать изменения ранее наработанных торговых цепочек. В частности, в одной из компаний-импортеров сказали, что прорабатывают возможность переключиться с привычных направлений на более плотную работу с Северной Македонией и восточными странами.

Ситуация уже привела к спекулятивному росту оптовых валютных цен на фрукты и овощи в Европе, а также к повышению стоимости фрахта. По оценкам, издержки в валюте с 24 февраля уже выросли по разным товарным группам на 20-30%, и если военные действия вскоре не закончатся, то возможен дальнейший рост.

Поставщики овощей и фруктов находятся в более сложной ситуации по сравнению с другими беларусскими импортерами еще и из-за норм постановления правительства о контрсанкциях, которое действует с начала 2022 года. По нему закупка плодоовощной продукции в ряде стран (в Евросоюзе, США, Канаде, Норвегии, Албании, Исландии, Северной Македонии, Великобритании, Черногории и Швейцарии) возможна только в рамках специально выделенной квоты.

«Сейчас – это меньшее из зол», – прокомментировали действие постановления в одной из компаний. Там признали, что, хотя обычно проблем с получением квоты не возникает, новый порядок ввоза замедляет реализацию сделок и, соответственно, требует повышенных издержек.

Кроме того, административное регулирование цен и торговых надбавок грозит сделать поставки некоторых товаров экономически нецелесообразными.

Импортеры фруктов, опрошенные InComeIn, пока не сталкивались ни с отказом партнеров сотрудничать с беларусскими юрлицами, ни с невозможностью провести оплату. Белорусские компании уже знают, при посредничестве каких банков операции не проходят, и осуществляют их «надежными путями». Большие трудности могут возникнуть при отключении от системы SWIFT всех или многих белорусских банков.

Вместе с тем валютные и другие риски изменили условия работы оптовиков с ритейлерами. По словам собеседницы, свыше 80% белорусских импортеров фруктов уже перевели всех клиентов на предоплату, чтобы не допустить роста проблемной дебиторской задолженности.

Главным негативным фактором для отрасли на данный момент является угроза падения реальных доходов населения. 

В этом случае спрос будет сжиматься и концентрироваться на более доступных товарах. Например, с винограда и апельсинов белорусские потребители перейдут на яблоки. Рынок может значительно сузиться.

Ситуация, в которой находятся импортеры рыбы, несколько проще. Основные поставки ведутся из Норвегии и Исландии, более 10% ввозится из России. Через Украину шел транзит рыбы, ввозимой из южных стран, но перестройка логистики на Польшу оказалась несложной.

Иностранные партнеры не меняли планы сотрудничества, сложностей в проведении расчетов с ними на данный момент нет.

Основная проблема, с которой столкнулись поставщики рыбы, связана с транспортным коллапсом. Длительные простои увеличивают стоимость доставки. Однако один из крупных импортеров затруднился оценить дополнительные издержки, ставшие следствием военных действий, поскольку транспортные расходы организаций устойчиво росли с осени 2021 года и, скорее всего, тренд продолжался бы и в мирных условиях.

Крайне сложной остается ситуация на рынке растительных масел. Украина и Россия обеспечивали до 80% всего мирового экспорта подсолнечного масла, в том числе более половины рынка приходилось на Украину. Остановка переработки подсолнечника и экспорта масла из этой страны уже приводит к ограничению мирового предложения, вызывая рост цен. Мировые цены на подсолнечное масло выросли с $1 380 в январе 2022 года до $1 472 в феврале. Апрельские, майские и июньские фьючерсы уже достигли $1 600 за тонну.

Беларусь в основном импортирует масло из России, но очевидно, цены на этом рынке будут подвержены общему повышательному тренду, несмотря на ослабление российского рубля. К тому же на отдельных рынках (например, сахарном) российские заводы уже фиксируют цены в долларах при расчетах с российскими покупателями (например, кондитерскими фабриками). В других случаях цена формируется исходя из курса, превышающего официальный.

С рынком подсолнечного масла тесно связаны цены на другие масла, применяемые в пищевой промышленности, в том числе на пальмовое.

Товарные группы, в высокой степени зависимые от импортных поставок

От 30% до половины розничных продаж приходится на импорт в группах:

  • шоколада и других сахаристых кондитерских изделий;
  • мучных кондитерских изделий;
  • отдельных свежих овощей (кроме картофеля) и грибов;
  • фруктовых и овощных соков;
  • макаронных изделий;
  • виноградных вин и алкогольных напитков на их основе.

По всем этим позициям, за исключением алкогольной группы, продукция ввозится в основном из России и Украины.

Многие из этих позиций воспринимаются потребителями как необязательные покупки, поэтому в условиях кризиса их потребление будет сокращаться. На падающем рынке, закономерно уходящем в более низкий ценовой сегмент, отечественные производители могли бы отвоевать позиции у украинских и европейских поставщиков.

Но практически во всех этих товарных группах собственное производство является очень импортоемким, что повышает зависимость от внешних поставок если не готовой продукции, то сырья.

Для производства шоколада и других кондитерских изделий из какао используется импортные какао-бобы (в 2021 году их импортировано на $18,9 млн), какао-паста ($20,1 млн), какао-масло и жир ($9,6 млн) и другие составляющие. Какао-бобы поставляются в основном из африканских стран. Какао-пасту, помимо Африки, Беларусь активно закупает также в Эстонии, какао-масло – в Индонезии и Китае.

От импортного сырья зависимы также производители виноградных вин и других напитков на их основе, а также фруктовых и овощных соков.

Две трети импорта макаронных изделий Беларусь получает из России. Это наиболее надежное направление международного сотрудничества в плане расчетов, путей доставки и в целом устойчивости деловых связей.

Но собственное производство макарон в Беларуси может столкнуться с вызовами, поскольку страна дефицитна по продовольственной пшенице. То же касается и мукомольной и кондитерской отраслей.

В условиях закрытых поставок из Украины и запрета на вывоз зерна из России уязвимость внутреннего рынка повышается. Для стабилизации ситуации в Беларуси введены временные запреты на вывоз злаков и муки. Вкупе с наличием складских запасов это может несколько оттянуть и сгладить удорожание, которое уже наблюдается на мировых рынках пшеницы.


ThinkTanks.by может не разделять мнение авторов исследований и публикаций.

Поделиться: